Руководители перестали задавать вопросы. Не потому что знают все ответы - а потому что перегружены, привыкли к скорости и незаметно для себя переключились в режим «я уже понял». В эпоху ИИ это становится опасным: мышление шаблонизируется, команды замолкают, решения принимаются на автопилоте. HR может это изменить - если поймёт, что curiosity это не черта характера, а навык, который поддаётся развитию.
Есть один вопрос, который я задаю на каждой диагностической сессии с руководителями: «Когда вы в последний раз были по-настоящему удивлены тем, что сказал кто-то из вашей команды?»
Пауза. Потом — чаще всего — неловкая улыбка.
Это не про плохих руководителей. Это про систему, в которой curiosity постепенно вытесняется — у людей, которые когда-то пришли в менеджмент именно потому, что им было интересно.
Когда человек живёт в хроническом стрессе — а большинство современных руководителей живут именно в нём — мозг начинает экономить ресурсы. Переключается в режим быстрых решений, знакомых паттернов, проверенных маршрутов. Curiosity в этом режиме не помещается. «Я уже понял, что происходит. Идём дальше».
Добавьте к этому ИИ. Сегодня руководитель может получить ответ на любой вопрос за 15 секунд. Это удобно — и одновременно тренирует мозг не задерживаться на вопросе. Зачем исследовать, если можно сразу получить вывод?
Результат виден в командах: люди перестают приносить неудобные наблюдения, потому что знают — их всё равно не услышат. Встречи становятся формальными. Решения принимаются в узком кругу. Организация начинает думать всё более одинаково.
Здесь у HR есть соблазн сказать: «Это поведение конкретного менеджера, пусть сам разбирается». Но любопытство или его отсутствие — это не личная черта, это культурный сигнал. Если в компании ценят скорость и уверенность больше, чем вопросы и исследование, руководители быстро это считывают и адаптируются.
Кроме того, любопытный руководитель даёт измеримый результат. Команды под такими лидерами чаще приносят идеи, реже уходят, быстрее разворачиваются при изменениях. Это хорошо считается — если знать, куда смотреть.
Первая — отбор и онбординг. Curiosity поддаётся диагностике. Не через тесты, а через поведенческое интервью: как человек рассказывает о своих ошибках, задаёт ли он вопросы вам как интервьюеру, что его последний раз искренне удивило на работе. Эти вопросы дают больше, чем любая анкета.
Вторая — среда и ритуалы. Curiosity не растёт в вакууме. HR может инициировать форматы, где задавать вопросы безопасно и ценно: ретроспективы без поиска виноватых, встречи с повесткой «что мы не знаем», практика «расскажи о своём провале этого квартала». Звучит просто — но именно эти форматы постепенно меняют то, что считается нормой на совещании.
Третья — развитие руководителей. И здесь важно не перепутать: curiosity не развивается через лекцию о важности curiosity. Оно развивается через практику — через конкретные упражнения, которые замедляют автоматические реакции и возвращают человека в режим исследования. «Лестница предположений», «запрет на советы», silent observation — это инструменты, которые работают именно потому, что создают дискомфорт привычному мозгу.
Один из руководителей, с которым я работала, — опытный производственник, двадцать лет в отрасли. Умный, быстрый, со своей командой говорил короткими предложениями. Точными, но короткими. На вопрос «а что думают люди?» отвечал: «Я знаю, что они думают. Я с ними работаю десять лет».
Мы сделали одно упражнение: он провёл три встречи подряд, где ему было запрещено давать советы и высказывать мнение. Только вопросы. На третьей встрече один из его инженеров сказал вещь, которую, по словам руководителя, «никогда раньше не говорил». Хотя, скорее всего, говорил — просто не было смысла заканчивать мысль до конца.
Это не магия. Это то, что происходит, когда человек перестаёт заполнять пространство своими ответами. HR не может провести это упражнение за руководителя. Но HR может создать условия, при которых такой опыт становится возможным — и встроить его в обычный рабочий контекст, а не вынести за скобки как «обучение».
Самая частая ошибка, которую я вижу, — HR запускает «программу по развитию curiosity» и ждёт трансформации. Но одно обучение ничего не меняет, если сразу после него руководитель возвращается в среду, которая вознаграждает быстрые ответы и наказывает неопределённость.
Curiosity — это не навык, который закрывается одним тренингом. Это качество мышления, которое нужно поддерживать постоянно: вопросами, которые HR сам задаёт на встречах с бизнесом, тем, как построены performance-разговоры, тем, кого в компании считают сильным руководителем.
Пока в компании сильным считается тот, кто всегда знает ответ, curiosity здесь не приживётся. Как только это определение начинает меняться — меняется всё остальное.
И выбор этого определения — тоже работа HR.
Хотела бы услышать мнение коллег на эту тему. Сделаю запуск в обсуждении
Отправляя данные вы подтверждаете пользовательское соглашение