Кассовый разрыв обычно обсуждают с финансистом. Но у одних компаний он возникает регулярно, у других почти никогда, при похожих продуктах и рынках. Разница часто в HR-показателях, которые видно за полгода до финансового пожара.
Кассовый разрыв - это финансовая ситуация. По крайней мере, так его обычно описывают. Не хватило денег закрыть обязательства в срок. Логично идти к финансистам, к бухгалтеру, к экономистам.
На практике причины кассового разрыва часто лежат гораздо раньше финансовой отчётности. И часто, как ни странно, в зоне HR.
Это неудобная мысль. Но она объясняет, почему компании с одинаковыми продуктами и рынками имеют разную устойчивость к финансовым сбоям.
Финансовая отчётность отстаёт от реальности. Между тем, как возникает проблема, и тем, как она проявляется в цифрах, обычно проходит от одного до трёх кварталов.
HRвидит сигналы раньше. Если из отдела продаж за квартал ушли трое, финансист узнает об этом через 3–6 месяцев, когда провалится план. HR знает об этом сразу.
Если внутри компании появляется ощущение «работать становится некомфортно», финансист узнает через полгода по данным о текучести и вовлечённости. HR знает об этом в первые недели.
Если руководитель ключевого подразделения ошибается в решениях, HR видит по обратной связи от команды и клиентов. Финансист же по падению маржи.
Проблема в том, что этот HR-сигнал очень редко доходит до собственника в форме, которая заставит его действовать. Обычно он приходит в виде отчёта по вовлечённости или в разговоре «у нас тут вот такая ситуация». А собственник в это время тушит финансовый пожар.
Клиент - компания в дистрибуции. Пришёл ко мне не с HR-запросом, а с общей ситуацией. Третий квартал подряд кассовые разрывы, финансист говорит «клиенты платят с задержкой», собственник ищет причину.
Разобрались с HR-показателями. Оказалось, что 9 месяцев назад в компании ушёл руководитель отдела клиентской работы. Собственник не нашёл замену и распределил его функции между двумя менеджерами. Клиентская работа стала неровной. Крупные клиенты стали задерживать оплаты, потому что коммуникация с компанией стала хуже. Мелкие клиенты стали уходить.
Финансист видел «клиенты плохо платят». HR-показатели (текучесть в клиентском отделе, падениеNPS, рост жалоб) уже 9 месяцев говорили о причине. Просто эти показатели никто не связывал с деньгами.
Замена руководителя и восстановление процессов работы с клиентами дали эффект через 4 месяца. Кассовые разрывы прекратились.
Начать смотреть на HR-показатели как на опережающие индикаторы для финансов. Текучесть, время закрытия вакансий, качество найма - это не «HR-метрики». Это ранние сигналы состояния бизнеса.
Считать стоимость плохого найма. Не «сколько мы заплатили рекрутёру», а «сколько нам стоила ошибка в найме». Пока эта цифра не считается, она не влияет на решения. Как только она появляется в отчётах, отношение к подбору меняется быстро.
Интегрировать HR в обсуждение бизнес-показателей. Не как «HR приходит рассказать про текучесть», а как «HR приносит объяснение, почему у нас упала маржа». Это другой уровень разговора.
При возникновении финансовой проблемы не забывать посмотреть в HR-зону. Часто ответ там. Но обычно на этот вопрос смотрят последним, если вообще смотрят.
Кассовый разрыв - это не только про деньги. Это часто про то, что задолго до финансового пожара где-то был кадровый сбой, который никто не связал с будущей проблемой.
Когда у вас в последний раз финансист и руководитель по персоналу встречались, чтобы обсудить деньги компании? Если ответ «никогда», это тоже сигнал.
Отправляя данные вы подтверждаете пользовательское соглашение