Полтора года назад я отклонила кандидата на позицию бизнес-аналитика и поставила в его карточке пометку «не брать ни на какие должности» — редкая и осознанная мера, которую я использую только при серьёзном системном риске, а не просто при несовпадении по компетенциям. Через полтора года этого же человека взяли директором по маркетингу — с зарплатой в полмиллиона рублей в месяц. Он проработал почти два года. Компания за это время впала в кризис.
Разбираю, что пошло не так и во сколько на самом деле обходится решение проигнорировать красный флаг.
Отказ на позиции бизнес-аналитика был не про хард-скиллы. Флаг был про то, что происходило в самом разговоре. Я спрашивала об одном, он отвечал совсем о другом. Речь была абстрактной — обо всём и ни о чём, набор общих фраз без единого конкретного ответа. За всё интервью я не получила ни одной чёткой формулировки на прямой вопрос.
Стало понятно, что человек не пытается ответить — он пытается говорить, лишь бы не молчать, заполняя тишину словами вместо содержания.
Для роли с высокой автономностью и прямым влиянием на решения компании это не «немного странно» — это тот самый бардак в голове, который я считаю несовместимым с позицией, где нужно принимать конкретные решения и нести за них ответственность.
Нанимала его не я. Директора по маркетингу нанял мой руководитель — не обсудив это решение со мной.
Пометка «не брать» лежала в системе, но она не сработала как автоматический стоп-сигнал для человека, который принимал это конкретное решение: либо он не проверил историю прошлых контактов кандидата с компанией, либо посчитал, что раз речь идёт о другой позиции и совершенно другом уровне ответственности, прежний отказ не релевантен.
Мнение рекрутера, который этот флаг ставил, в момент принятия решения вообще не запрашивалось — ни формально, ни неформально.
Посчитаем честно: 500 000 в месяц на протяжении почти двух лет — это порядка 11–12 миллионов рублей одной только зарплаты. И это без учёта косвенных потерь: неправильных маркетинговых решений, которые пришлось откатывать постфактум, сотрудников команды, ушедших вслед за ним, репутационного урона от кампаний, которые не сработали, и, наконец, стоимости самого кризиса, из которого компания выходила уже без него.
Реальная цена этой ошибки найма — не 12 миллионов, а кратно больше. Просто вторую часть суммы не найти ни в одной бухгалтерской отчётности.
Есть большой соблазн обвинить в этой неудаче кого-то одного: либо кандидата в пустой болтовне, либо руководителя в самоуправстве. Но реальный урок в другом.
Пометка рекрутера теряет смысл, если решение о найме на ключевую позицию можно принять, вообще не сверившись с историей кандидата и не спросив мнение человека, который эту историю знает.
Серьёзная пометка должна быть не рекомендацией, которую можно проигнорировать при удобном случае, а обязательной точкой сверки перед любым повторным наймом этого человека — вне зависимости от уровня позиции и от того, кто именно эту позицию закрывает.
Есть логика, по которой расплывчатая, ни к чему не обязывающая речь кажется терпимым недостатком для одних ролей и разрушительным — для других.
Тот же паттерн, который на позиции аналитика легко поймать за руку, просто попросив показать цифры, на позиции директора получил преимущество: чем увереннее человек говорит, тем проще принять хорошую упаковку мысли за ее содержание.
Отдельный вопрос — почему кризис не заметили на ранних стадиях, когда цена исправления была бы в разы ниже.
Дело в том, что директор по маркетингу редко отчитывается цифрами в реальном времени — результаты кампаний, репутационные эффекты и стратегические решения проявляются с задержкой, и именно в этой задержке человек, который умеет уверенно говорить обо всём и ни о чём, чувствует себя свободнее всего.
Он не подделывает отчётность — он просто отвечает на любой неудобный вопрос тем же абстрактным потоком слов без содержания, который я слышала ещё на собеседовании, и не признаёт проблему до тех пор, пока её невозможно будет игнорировать, и к этому моменту решение уже обходится не в перерасчёт, а в антикризисное управление.
В этом еще одная менее очевидная часть цены — люди, которых он нанял такой директорй. За два года в его команде повторился тот же паттерн: специалисты, которые уверенно рассказывали о планах и активностях, но не показывали результата, соизмеримого с потраченным бюджетом.
Это не случайность: человек, который сам не отличает содержательный ответ от красиво упакованной пустоты, физически не может распознать эту разницу и в других на собеседовании. Он нанимал по тому же критерию, по которому когда-то прошёл сам, — уверенная речь важнее результата. К моменту, когда кризис стал очевиден, неэффективным оказался не один человек, а целый отдел, выстроенный по одному и тому же слепому пятну.
Компания до сих пор выходит из этого кризиса. Не «вышла и сделала выводы» — именно выходит, мучительно, прямо сейчас. И это, а не сумма зарплаты за два года, цена ошибки найма: состояние, в котором бизнес живёт месяцами после того, как проблема наконец стала видна.
Отправляя данные вы подтверждаете пользовательское соглашение